В статье рассматриваются правовые основы борьбы с угрозами ядерного и биологического терроризма в России и за рубежом. Анализируется содержание международно-правовых актов в данной сфере (Конвенция о физической защите ядерного материала 1979 г., Конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 г., Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении 1971 г.). Изучаются особенности привлечения к уголовной ответственности за подобные деяния по Уголовному кодексу РФ. Делается вывод о необходимости уточнения терминологии (в том числе в части дефиниции ядерного и биологического терроризма, а также соотношения их с технологическим терроризмом), приводятся авторские трактовки понятий. Предлагается внести в Уголовный кодекс самостоятельный состав преступления, касающийся ядерной угрозы со стороны террористов, и изменить норму статьи 355 УК РФ (дополнить диспозицию прямым указанием на ядерное оружие). Также проводится анализ правовых основ борьбы с терроризмом на транспорте. Рассматриваются нормативные акты международноправового характера (в частности, Конвенция о преступлениях и некоторых других актах, совершаемых на борту воздушных судов 1963 г.; Конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации 1971 г.; Конвенция о борьбе с незаконными актами в отношении международной гражданской авиации 2010 г. и др.). Делается вывод о достаточной распространенности в России терроризма на транспорте, приводятся статистические данные по вопросу отношения населения страны к этой угрозе. Обосновывается необходимость законодательного закрепления понятия «терроризм на транспорте». Аргументируется предложение повышения уголовной ответственности за совершение теракта, сопряженного с посягательством на объекты транспортной инфраструктуры (посредством перевода этого деяния в разряд квалифицированных составов преступления - ч. 3 ст. 205 УК РФ).
Review. The paper considers legal foundations of fight against threats of use of nuclear and biological weapon in Russia and abroad. It also analyses the content of international legal acts in this sphere (The Convention on the Physical Protection of Nuclear Material (1979); The Convention for the Suppression of Acts of Nuclear Terrorism (2005); The Convention on the Prohibition of the Development, Production and Stockpiling of Bacteriological (Biological) and Toxin Weapons and on Their Destruction (1971)). The author examines the peculiarities of imposing criminal responsibility for such wrong-doings in accordance with The Criminal Code of the RF. The author concludes that it is necessary to clarify terminology (inter alia, with regard to the definitions of nuclear and biological terrorism, as well as their interrelation with technological terrorism), and gives his own definitions of the concepts. The author suggests that it is necessary to include into the Criminal Code of the Russian Federation an independent corpus delicti that concerns nuclear threat on behalf of terrorists, and to amend the rule of Article 355 of the Criminal Code of the Russian Federation (to supplement the disposition of the Article with a direct reference to nuclear weapon). The paper also provides an analysis of legal foundations of fight against terrorism on transport. The author examines international law regulations (in particular, The Convention on Offenses and Certain Other Acts Committed on Board Aircraft (1963); The Convention for the Suppression of Unlawful Acts against the Safety of Civil Aviation (1971); The Convention for the Suppression of Unlawful Acts Relating to International Civil Aviation (2010), etc). The author draws the conclusion concerning sufficient prevalence of terrorism on transport in Russia, and provides statistical data with regard to the issue of the attitude of the population of the country to this threat. He also justifies the necessity to set forth the concept of "terrorism on transport" in legislation. The author states reasons for increasing criminal responsibility for committing an act of terrorism combined with encroachment on facilities of transport infrastructure (by means of referring this act to the category of aggravated crimes - Part 3 Article 205 of the Criminal Code of the Russian Federation).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.