В статье рассматривается такое исключение из общего условия непосредственности судебного разбирательства, как оглашение показаний неявившихся потерпевших и свидетелей, которые они давали на стадии предварительного расследования. Автор разделяет оглашение показаний по ходатайству одной стороны и по согласию обеих сторон; отмечает, в каких случаях такое согласие требуется, кто понимается под сторонами и каким образом должно выражаться их согласие; устанавливает связь положений, регулирующих проведение судебного следствия, с общими положениями уголовного процесса, а также правами его участников. В статье дается объяснение того, почему в определенных ситуациях согласия обеих сторон на оглашение показаний неявившихся участников процесса не требуется. Что, кому и каким образом в данном случае необходимо установить, чтобы была возможность применения положений ч. 2 ст. 281 УПК РФ. Отдельное внимание уделяется толкованию такому термину, как «иные чрезвычайные обстоятельства, препятствующие явке в суд». Автор обращается к нескольким ФКЗ и ФЗ, демонстрируя однозначность понимания законодателем указанного понятия в различных нормативных правовых актах. В заключении статьи рассматривается вопрос о возможности оглашения показаний в связи с существенными противоречиями; приводится трактовка данного понятия; выделяются условия, при которых возможно такое оглашение. Также отмечается, что по правилам ст. 281 УПК РФ должны оглашаться протоколы допросов, очных ставок и проверок показаний на месте. Статья основана на положениях Конституции РФ, ФКЗ, ФЗ, нормах международных договоров. В статье приводятся многочисленные правовые позиции Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Европейского Суда по правам человека; выделяются те существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые в практике судов общей юрисдикции признаются основанием для отмены вынесенного по делу приговора; указываются случаи, в которых оглашенные показания признаются недопустимыми доказательствами, которые не могут быть положены в основу обвинения подсудимого.
The article describes such an exception to the general condition of the directness of judicial examination as disclosure of evidence given during the preliminary investigation by victims and witnesses who failed to appear in court. The author distinguishes between disclosure of evidence at the request of one party and with the consent of both parties, and points out which cases require such a consent, who are the parties and how they have to show their consent. She establishes connection between the provisions governing the conduct of the trial with the general provisions of the criminal procedure, as well as the rights of its members. The article gives an explanation of why, in certain circumstances, the consent of both parties at disclosure of evidence given by absent participants is not necessary. What, who and how, in such a case, you need to establish to be able to apply the provisions of part 2 art. 281 of the Criminal Procedural Code of the Russian Federation. Special attention is given to the interpretation of such a term as "other exceptional circumstances impeding appearance in court. "The author addresses to multiple FKZ (Federal Constitutional Law) and FZ (Federal Law), demonstrating unambiguity of understanding by a legislator of the specified concept in different legal acts. In conclusion, the article discusses the possibility of disclosure of evidence in connection with significant contradictions, provides interpretation of this concept and points out the conditions under which such a disclosure is possible. It is also noted that under the art. 281 of the Criminal Procedural Code of the Russian Federation they must disclose record of interrogation, face-to-face confrontation protocols and evidence inspections on the bench. This article is based on the provisions of the Constitution of the Russian Federation, FKZ, FZ, norms of international treaties. The article lists numerous legal positions of the Constitutional Court of the Russian Federation, the Supreme Court of the Russian Federation, the European Court of Human Rights; highlights those significant violations of the Criminal Procedural Act, which general jurisdiction courts recognize as the grounds for reversal of a criminal case; and specifies the cases in which the disclosed evidence is considered inadequate and cannot be used as the basis of the indictment of the defendant.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.