Ксенофонтова Дарья Сергеевна - кандидат юридических наук, доцент кафедры семейного и жилищного права МГЮА.
Садовая-Кудринская ул., д. 9, Москва, 125993
Daria S. Ksenofontova - Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Family and Housing Law.
Ul. Sadovaya-Kudrinskaya, d. 9, Moscow, 125993
Совершенствование правового регулирования семейных отношений сопряжено с поиском и реализацией новых социальных, организационных, юридических и иных мер поддержки функционирования традиционного института семьи. Вместе с тем семейное законодательство не всегда учитывает современные тенденции жизнедеятельности общества, что в определенной степени препятствует осуществлению и защите семейных прав, а также обеспечению справедливого баланса интересов участников семейных и иных отношений. В этом смысле в ряде случаев наиболее эффективно реагируют вышестоящие суды, своевременно принимающие во внимание даже незначительные изменения социальной реальности.
Трансформация семейного права в условиях изменения социальной реальности зиждется на двух концептуальных началах: во-первых, сохранение традиционных семейных ценностей российского общества и, как следствие, отражение таковых на законодательном уровне и в судебной практике, а во-вторых, законодательное и правоприменительное реагирование на новейшие социальные практики. Названные начала трансформации семейного права дополняют друг друга, позволяя учесть общественные запросы различных социальных групп.
К основным направлениям современной трансформации семейного права, нашедшим отражение в судебной практике, отнесены: во-первых, расширение сферы семейно-правового регулирования общественных отношений вследствие усложнения системы социальных связей; во-вторых, расширение системы межотраслевых связей семейного права, вызванное усложнением правового регулирования общественных отношений в целом, следствием которого является смещение акцентов при обеспечении справедливого баланса интересов участников семейных и иных правоотношений, усиление гражданскоправовых начал в регулировании семейных отношений, придание традиционным семейно-правовым институтам новых факультативных свойств и целевого назначения, в том числе проникновение публичноправовых целей в частноправовое поле семейной жизни; в-третьих, обеспечение гендерного баланса в семейных отношениях на правоприменительном уровне.
Improving the legal regulation of family relations involves the search and implementation of new social, organizational, legal and other measures to support the functioning of the traditional institution of the family. At the same time, family legislation does not always take into account modern trends in the life of society, which to a certain extent hinders the exercise and protection of family rights, as well as ensuring a fair balance of interests of participants in family and other relationships. In this sense, in some cases, higher courts react most effectively, taking into account even minor changes in social reality in a timely manner.
The transformation of the family law in the context of changing social reality is based on two conceptual principles: firstly, the preservation of traditional family values of Russian society and, as a consequence, the reflection of such at the legislative level and in judicial practice, and secondly, legislative and law enforcement response to the latest social practices. These principles of transformation of family law complement each other, allowing us to take into account the public demands of various social groups.
The main directions of the modern transformation of family law, reflected in judicial practice, include the following. First, the expansion of the sphere of family law regulation of public relations is due to the complexity of the system of social relations. Second, it is the expansion of the system of intersectoral relations of family law, caused by the complexity of the legal regulation of public relations in general. Its consequences are a shift in emphasis in ensuring a fair balance of interests of participants in family and other legal relations, the strengthening of civil law principles in the regulation of family relations, giving traditional family law institutions new optional properties and purpose, including the penetration of public legal goals in the private legal field of family life. Third, it is to ensure gender balance in family relations at the law enforcement level.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.