Тарасов Игорь Николаевич, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса
Комсомольская ул., д. 21, г. Екатеринбург, Россия, 620137
Igor N. Tarasov, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Civil Law
ul. Komsomolskaya, d. 21, Ekaterinburg, Russia, 620137
Количество использований словосочетания «искусственный интеллект» в настоящее время и в науке, и в правовом регулировании делает невозможным небрежное и произвольное применение данной категории при осуществлении регулирования общественных отношений. Именно данное обстоятельство вынуждает обратиться к проблемам понятийно-категориального аппарата и правового регулирования данной категории. В статье автор проанализировал существующие подходы к понятию искусственного интеллекта, представленные в юридической литературе. Автор показывает, что генезис любого понятия в праве и вне его связан прежде всего с нашими знаниями об объекте, и делает выводы о невозможности рассуждения об искусственном интеллекте в праве до тех пор, пока ему не будет дано четкое определение в технических областях науки.
Автор приходит к выводу, что инкорпорация искусственного интеллекта в онтологию права возможна в рамках двух основных подходов. Концептуалистский подход предполагает осмысление свойств и знаний об искусственном интеллекте как объекте реального мира и последующее выведение правовой дефиниции исходя из данных знаний об объекте. Нормативный подход базируется на том, что законодателем будет присвоен искусственному интеллекту некий правовой статус безотносительно к его фактическим свойствам и характеристикам (по аналогии с присвоением статуса недвижимости воздушным и морским судам). Вместе с тем без определения подхода, без анализа свойств и характеристик искусственного интеллекта как технико-культурного явления обсуждения о превентивном регулировании являются, по мнению автора, бездоказательными и не основанными ни на науке, ни на праве.
Numerous uses of the phrase “artificial intelligence” both in science and in legal regulation makes it impossible to carelessly and arbitrarily use this category when regulating public relations. It is this circumstance that forces us to address the problems of the conceptual and categorical apparatus and legal regulation of this category. In the paper, the author analyzes the existing approaches to the concept of artificial intelligence presented in the legal literature. The author shows that the genesis of any concept in law and outside of it is primarily related to our knowledge of the object, and concludes that it is impossible to reason about artificial intelligence in law until it is clearly defined in the technical fields of science.
The author concludes that the incorporation of artificial intelligence into the ontology of law is possible within the framework of two main approaches. The conceptualist approach involves understanding the properties and knowledge about artificial intelligence as an object of the real world and the subsequent derivation of a legal definition based on this knowledge about the object. The regulatory approach is attributed to the fact that the legislator will assign artificial intelligence a certain legal status regardless of its actual properties and characteristics (by analogy with the assignment of real estate status to aircraft and ships). At the same time, without defining the approach, without analyzing the properties and characteristics of artificial intelligence as a technical and cultural phenomenon, discussions about preventive regulation are, in the author’s opinion, unfounded and not based on either science or law.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.