Капустин Анатолий Яковлевич, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заведующий отделом международного права
Большая Черемушкинская ул., д. 34, г. Москва, Россия, 117218
Anatoliy Ya. Kapustin, Dr. Sci. (Law), Professor, Honored Scienti t of the Russian Federati Head of the International Law Department
ul. B. Cheremushkinskaya, d. 34, Moscow, Russia, 117218
Бальхаева Саяна Баировна, кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник отдела международного права
Большая Черемушкинская ул., д. 34, г. Москва, Россия, 117218
Sayana B. Balkhaeva, Cand. Sci. (Law), Senior Researcher, Department of International Law
ul. B. Cheremushkinskaya, d. 34, Moscow, Russia, 117218
В статье проведен анализ конституционной реформы в России с акцентом на конституционную поправку, касающуюся взаимодействия норм международного права и национального законодательства в рамках отечественной правовой системы. Конституционные положения и закрепленные в них доктринальные подходы играют важную роль в вопросах обеспечения стабильных и предсказуемых международных отношений. В статье обсуждается возможность применения двух классических доктрин о соотношении международного и национального права (дуалистической и монистической) к определению характеристики поправок к ст. 79 Конституции Российской Федерации. Обосновывается необходимость внесения конституционных поправок с точки зрения развития международных отношений и созревания внутренних политических, экономических и социальных условий за последние десятилетия. Рассмотрены некоторые доктрины толкования международных договоров межгосударственных органов и возможность определения параметров их исполнения в правовой системе России. Сделан вывод о соответствии новой модели взаимодействия международного и российского права принципу суверенного равенства государств, закрепленному в Уставе ООН. Авторы резюмируют, что дополнение рассматриваемой конституционной нормы уточняет конституционную модель соотношения международного и российского права, которая позволяет обеспечить полную реализацию положений Конституции РФ, а также исполнение международно-правовых актов, включая решения межгосударственных органов, соответствующих Конституции РФ, что устраняет возможные угрозы дестабилизации правопорядка государства. Таким образом, речь идет не о принятии радикальной модели примата национального права над международным, а скорее об адаптации доктрины диалектического взаимодействия российского и международного права к потребностям современного развития нашего государства.
The paper analyzes the constitutional reform in Russia with an emphasis on the constitutional amendment on the interaction of the norms of international law and national legislation within the domestic legal system. Constitutional provisions and doctrinal approaches enshrined there play an important role in ensuring stable and predictable international relations. The paper discusses the possibility of applying two classical doctrines on the relationship between international and national law (dualistic and monistic) to the definition of the characteristics of amendments to Article 79 of the Constitution of the Russian Federation. The authors substantiate the necessity of introducing constitutional amendments from the point of view of the development of international relations and the maturation of domestic political, economic and social conditions over the past decades. Some doctrines of interpretation of international treaties of interstate bodies and the possibility of determining the parameters of their execution in the legal system of Russia are considered. It is concluded that the new model of interaction between international and Russian law corresponds to the principle of sovereign equality of states enshrined in the UN Charter. The authors summarize that the supplement of the constitutional norm under consideration clarifies the constitutional model of the relationship between international and Russian law. It allows for the full implementation of the provisions of the Constitution of the Russian Federation, as well as the execution of international legal acts, including decisions of interstate bodies that comply with the Constitution of the Russian Federation, which eliminates possible threats to destabilize the rule of law of the state. Thus, we are not talking about adopting a radical model of the primacy of national law over international law, but rather about adapting the doctrine of dialectical interaction between Russian and international law to the needs of modern development of our state.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.