Субачев Алексей Константинович, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии
п. Аякс, д. 10, о. Русский, г. Владивосток, 690062
Aleksey K. Subachev, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Criminal Law and Criminology
p. Ayaks, 10, o. Russkiy, Vladivostok, 690062
Одним из следствий предпринятых законодателем в июле 2021 г. попыток кардинально повысить эффективность норм об уголовной ответственности за криминальное банкротство выступило дополнение ст. 195 УК РФ примечанием, предусматривающим возможность освобождения от уголовной ответственности номинального руководителя организации-банкрота, способствовавшего своими действиями возмещению причиненного преступлением ущерба. Проанализировав данную новеллу, автор обратил внимание на то, что она аккумулировала в себе не только привычные для уголовного закона России правовые конструкции, но и отдельные положения конкурсного права. Между тем подобная рецепция носила половинчатый характер, поскольку законодателем было использовано не понятие контролирующего должника лица (которое, очевидно, им предполагалось), а лишь одна из презумпций контроля над должником — извлечение выгоды из незаконного или недобросовестного поведения должника, что представляется не вполне корректным. Помимо этого, примечание не предполагает для подставного руководителя никакого поощрения за раскрытие им информации об имуществе должника, скрывавшемся контролирующими его лицами, хотя такой подход присутствует в конкурсном праве и повышает шансы кредиторов на восстановление их нарушенных прав. Кроме того, освобождение от уголовной ответственности виновного лица по большей части поставлено в зависимость от действий третьих лиц, а не самого номинала. Ключевой вывод исследования заключается в том, что рассмотренная норма едва ли будет применяться на практике как ввиду отсутствия должного стимула для номинала, так и ввиду неопределенности процессуального механизма ее применения. В результате критической оценки автором была предложена оптимальная, на его взгляд, редакция проанализированной нормы.
One of the consequences following the legislator’s attempts to radically improve the effectiveness of the norms on criminal liability for criminal bankruptcy in July 2021 was the addition of Article 195 of the Criminal Code of the Russian Federation. It came with a note the made it possible for the nominal head of the bankrupt organization to be exempt from criminal liability if they contributed by their actions to compensation for the damage caused by the crime. After analyzing this novel, the author paid attention to the fact that it accumulated not only statutory concepts common for the Russian criminal law, but also certain provisions inherent in competition law. Meanwhile, such a reception was of a shambolic nature, since the legislator did not use the concept of a person controlling the debtor (which, obviously, he assumed), but only one of the presumptions of control over the debtor — extracting benefits from illegal or unscrupulous behavior of the debtor, which does not seem quite correct. In addition, the comment does not imply any encouragement for the fake manager for disclosing information about the debtor’s property that was hidden by his controlling persons, although this approach is present in the bankruptcy law and increases the chances of creditors to restore their violated rights. Moreover, the exemption of the guilty person from criminal liability is for the most part dependent on the actions of third parties, and not the nominal value itself. The key conclusion of the study is that the considered norm is unlikely to be applied in practice both due to the lack of a proper incentive for the nominal value, and due to the uncertainty of the procedural mechanism of its application. Following the critical evaluation, the author proposes the optimal, in his opinion, revision of the analyzed norm.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.