Нина Юрьевна Скрипченко, доктор юридических наук, доцент, профессор
кафедра уголовного права и процесса
163002
наб. Северной Двины, д. 17
Архангельск
Nina Yu. Skripchenko, Dr. Sci. (Law), Associate Professor, Professor
Department of Criminal Law and Procedure
163002
nab. Severnoy Dviny, d. 17
Arkhangelsk
Статья содержит комплексный анализ изменений, внесенных в УК РФ Федеральными законами от 28. 01. 2022 № 3-ФЗ и от 06. 03. 2022 № 38-ФЗ. Отмечая очередной виток усиления уголовной репрессии за педофильные посягательства, автор обращает внимание на законодательный перекос в оценке общественной опасности деяний, так как изнасилование или насильственные действия сексуального характера, совершенные в отношении двух и более несовершеннолетних, наказываются строже, чем убийство указанных потерпевших. Выявив технико-юридические изъяны в содержании ч. 5 ст. 131 и 132 УК РФ, автор обозначает вопросы, которые могут возникнуть при квалификации насильственных половых преступлений, совершенных в отношении двух или более несовершеннолетних; сопряженных с совершением другого тяжкого или особо тяжкого преступления против личности; при специальном рецидиве. Критически оценивая содержание ч. 3 ст. 133 УК РФ, автор поднимает вопрос обоснованности усиления уголовной ответственности за групповое понуждение к действиям сексуального характера только в отношении несовершеннолетних (п. «а»); отнесения «использования средств массовой информации» к числу признаков, повышающих общественную опасность харассмента. Особое внимание автор уделяет одному из явных дефектов норм гл. 18 УК РФ, попирающих принципы равноправия и справедливости, а именно нормативному размежеванию по степени общественной опасности полового сношения и мужеложства или лесбиянства с лицом, не достригшим 16 лет, что не соответствует принципу равенства по гендерному признаку. Проведенный правовой анализ свидетельствует не о последовательной нормативной реализации стратегического курса, а о спонтанности решений, направленных на решение частных задач.
The paper contains a comprehensive analysis of the amendments made to the Criminal Code of the Russian Federation by Federal Laws No. 3-FZ dated January 28, 2022 and No. 38-FZ dated March 06, 2022. Noting the next round of strengthening criminal repression for pedophile assaults, the author draws attention to the legislative bias in assessing the public danger of acts, since rape or violent sexual acts committed against two or more minors are punished more severely than the murder of these victims. Having identified technical and legal flaws in the content of Part 5 of Articles 131 and 132 of the Criminal Code of the Russian Federation, the author identifies issues that may arise when qualifying violent sexual crimes committed against two or more minors; involving the commission of another grave or especially grave crime against the person; with a special relapse. Critically assessing the content of Part 3 of Article 133 of the Criminal Code of the Russian Federation, the author raises the question of the validity of strengthening criminal liability for group coercion to sexual acts only against minors (paragraph «a«); attribution of «use of mass media» to the number of signs that increase the public danger of harassment. The author pays special attention to one of the obvious defects of the norms of Chapter 18 of the Criminal Code of the Russian Federation, which violate the principles of equality and justice, namely, the normative separation according to the degree of public danger of sexual intercourse and sodomy or lesbianism with a person under the age of 16, which does not correspond to the principle of gender equality. The conducted legal analysis testifies not to the consistent normative implementation of the strategic course, but to the spontaneity of decisions aimed at solving particular problems.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.