Статья предлагает критический анализ ст. 75 УК РФ, две части которой совмещают разные по своему правовому предназначению нормы. Доказывается, что данная статья закрепляет два вида освобождения от уголовной ответственности: собственно деятельного раскаяния, применяемого в порядке поощрения, и уступки, лежащей в основе компромисса. В основу разграничения данных норм положены способ правового воздействия, содержание правовой связи, тип уголовно-правового воздействия, содержание юридически значимых обстоятельств и выполняемые функции уголовного закона. Утверждается, что к деятельному раскаянию, как разновидности уголовно-правового поощрения, имеет отношение только ч. 1 ст. 75 УК РФ. Часть вторая статьи закрепляет норму, имеющую не поощрительную, но компромиссную природу. В качестве доказательств такого вывода положены следующие аргументы: отсутствие необходимости констатировать «заслуженное» постпреступное поведение виновного при применении ч. 2 ст. 75 УК РФ; вынужденный характер закрепления данной нормы в уголовном законе, позволяющей путем уступки в виде освобождения от уголовной ответственности предотвращать вредные последствия совершаемого преступления, неустранимые другими способами; необязательность утраты общественной опасности личности преступника и др. Нецелесообразным признается согласование ч. 1 и 2 ст. 75 УК РФ путем превращения нормы о деятельном раскаянии из поощрительной в компромиссную, поскольку это чревато излишней лояльностью уголовного закона. На основе систематизации исследовательских позиций, а также доктринального толкования уголовно-правовых норм, сравнительного анализа обеих частей критикуемой статьи предлагается вынести ч. 2 ст. 75 УК РФ за рамки деятельного раскаяния, либо вовсе отказаться от ее закрепления в уголовном законе, как дублирующей положения Особенной части УК РФ.
The article provides a critical analysis of Art. 75 of the Criminal Code of the Russian Federation, two parts of which combine rules different in their legal purpose. It is proved that this Article establishes two types of exemption from criminal liability: actual and voluntary repentance applied in order of encouragement and concessions that lies in the basis of a compromise. Differentiation of these norms is based on the method of legal effect, the content of legal relationship, the type of criminal law effect, the content of legally significant circumstances and the functions of the criminal law. It is alleged that only the first part of Article 75 of the criminal code is referred to active repentance as a variety of a criminal-law encouragement. Part two of the Article establishes the rule that has a compromise rather than encouraging nature. To prove this conclusion the following arguments are given: no need to verify "well deserved" post-crime behavior of a perpetrator while applying Paragraph 2 Article 75 of the Criminal Code of the Russian Federation; a forced nature of putting this norm in the criminal law that allows by means of concessions in the form of exemption from criminal responsibility prevent harmful consequences of committed crimes that cannot be eliminated in other ways; avoidance of the loss of public danger of an offender, etc. The author finds it inappropriate to harmonize Paragraph 1 and Paragraph 2 of Article 75 of the RF Criminal Code by means of transferring the active repentance norm from encouraging into compromise because this can result in excessive leniency of the criminal law. Based on systematization of research positions, as well as doctrinal interpretation of criminal law, comparative analysis of both parts of the criticized Article, the author offers to put Paragraph 2 of Article 75 of the Criminal Code beyond the active repentance, or even abandon its consolidation in the criminal law, as it duplicates the provisions of the Special Part of the Criminal Code of the Russian Federation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.