Автором рассматриваются вопросы правового регулирования введенного в 2010 г. в уголовно-процессуальный закон нового следственного действия - получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. В статье 186.1 УПК РФ приведен перечень видов получаемой информации, что необоснованно ограничивает познавательные возможности следственного действия. С учетом тенденции увеличения параметров соединений, регистрируемых аппаратурой операторов связи, было бы целесообразно предусмотреть в указанной норме получение любых сведений о соединениях между средствами электросвязи. Использованный в законе термин «абонент» неточен, поскольку соединения производятся не между абонентами как таковыми, а между используемыми средствами электросвязи. Термин «абонентское устройство» не совсем применим к компьютерам, функциональное предназначение которых не исчерпывается передачей сообщений. В связи с изложенным предлагается изменить наименование следственного действия на «получение сведений о соединениях средств электросвязи», уточнить и закрепить непосредственно в уголовно-процессуальном законе понятие «средство электросвязи», включив в число таких средств идентификационные модули (SIM-карты), поскольку с точки зрения законодательства о связи такие устройства к средствам связи отнесены быть не могут. К соединениям относятся сеансы связи, в ходе которых передаются и принимается голосовая и неголосовая информация, а также сигналы вызова, зафиксированные базовой станцией, даже если взаимодействие с вызываемым абонентским устройством не состоялось. До начала следственного действия необходимо получить сведения об идентификационном номере средства электросвязи. Данные сведения истребуются путем направления следователем запроса, без судебного решения. В настоящее время отсутствует срок исполнения запросов следователя, что заметно затрудняет процесс назначения следственных действия. Поэтому вносится предложение об установлении в УПК РФ срока исполнения запроса следователя и о введении административной ответственности за неисполнение либо несвоевременное исполнение запроса. В настоящее время из текста УПК РФ не понятно, допускается ли в рамках рассматриваемого следственного действия получение сведений о соединениях не только конкретных абонентских устройств, но и всех обслуживаемых базовой станцией за определенный период. Аргументируется тезис о возможности получения таких сведений. Кроме того, в законе не разделены ретроспективный и перспективный порядки получения информации, в результате чего остается неясным, распространяется ли установленный в ст. 186.1 УПК РФ шестимесячный срок на получение сведений о ранее состоявшихся соединениях. Автором обосновывается, что указанный срок применяется только к получению сведений в перспективном порядке. В статье утверждается, что результаты рассматриваемого следственного действия с точки зрения видов доказательств являются не вещественными доказательствами, а иными документами. В качестве результата исследования автором предложены новые формулировки норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих рассматриваемое следственное действие.
Review. The author addresses the issues of legal regulation of a new investigative activity introduced in 2010 into the new law of criminal procedure, namely obtaining information about the connections between subscribers and/or subscriber devices. Art. 1861 of the Criminal Procedural Code of the Russian Federation lists the kinds of information obtained which unduly restricts the cognitive capabilities of an investigative action. In view of the trend of increasing connection settings, registered by equipment operators, it would be useful to make provision in the specified regulation on obtaining any information about connections between telecommunication tools. The term "Subscriber" used in the Act is inaccurate, because the connections happen not between subscribers, but between the equipment employed The term "subscriber device" can not be applied to computers, functional purpose of which is not limited to transfer of messages. In view of the foregoing, it is proposed to change the name of the investigative action on "receiving information about telecommunication connections", clarify and consolidate the notion "means of telecommunication" directly in the Criminal Procedure Act and include identification modules (SIM-card) in the notion, because in terms of legislation on communication such devices cannot be cannot be referred to such devices. Connections include sessions during which voice and non-voice mail is transmitted or received, as well as ring tones, arrested by the base station even if the called subscriber's interaction with the device failed. Prior to the commencement of the investigative action it is necessary to obtain information about ID number of the telecommunication device. This information is demanded and obtained by sending investigator request without any court holding. There is currently no deadline for executing investigator requests, which complicates the process of designating investigative actions considerably. Therefore, the author proposes to establish the time limits for execution of the investigator request in the Criminal Procedural Code of the Russian Federation, as well as the introduction of administrative liability for the failure or delay of such a request. Currently, it is unclear in the text of the Code whether it is possible in frames of the investigation to obtain information about the connections not only of the specific user's devices, but also of all that are serviced by the base station for a certain period. It is argued that it is possible to obtain such information In addition, the Act does not divide retrospective and prospective orders of obtaining information, which does not clarify whether the implemented 6-month period installed in the Art. 1861 of the Criminal Procedural Code of the Russian Federation can be applied for obtaining information about earlier connections The author substantiates that the specified term can be applied only for obtaining information in a prospective manner The article argues that the results of the investigation activity in terms of the types of evidence are not evidence, but other documents. As a result of research, the author proposes new wording of the rules of criminal procedure governing the investigative action in question
The authors declare that there are no conflicts of interest present.