Статья посвящена методологическим проблемам учения о гражданско-правовой ответственности как разновидности юридической ответственности. В отечественной цивилистической науке она представляет собой некий «комплекс последствий» и за противоправное и за правомерное поведение, и за вину и без вины, и за свои и за чужие действия, и за действия и за событие, при наличии и при отсутствии прямой причинности. Главная причина такой научной ситуации заключается в пренебрежении методологическими принципами и подходами исследования. Выделены и рассмотрены три наиболее актуальных методологических вопроса гражданско-правового исследования ответственности. Во-первых, цивилистическое познание ответственности по многим вопросам не согласовано с теорией права, которая обладает методологическим значением для всех отраслевых наук: большинство мер, называемых гражданско-правовой ответственностью, не отвечают сущности, принципам, целям, задачам и функциям юридической ответственности. Во-вторых, гражданско-правовая ответственность исследуется преимущественно при помощи догматического метода познания, не позволяющего выйти за границы часто изменяемого и дополняемого позитивного права. При этом законодатель беспрерывно «выдает» новые перераспределяющие имущество от одних лиц к другим меры (компенсации за правомерные действия, возмещение имущественных потерь), вынуждая постоянно подгонять теорию под законодательство, в результате чего учение о гражданско-правовой ответственности утрачивает всякие границы и признаки научности. В-третьих, при изучении гражданско-правовой ответственности практически не применяется междисциплинарный подход, не используются допустимые результаты и методы исследований смежных наук (экономики, социологии, психологии), которые в значительной степени могли бы содействовать дальнейшему познанию сущности ответственности в гражданском праве. Решение указанных методологических вопросов является обязательным условием как укрепления учения о гражданско-правовой ответственности и его дальнейшего эффективного развития, так и успешного правоприменения нормативных правил о ней.
The article deals with methodological problems of the doctrine of civil liability as a form of legal liability. In the domestic civil law science it constitutes a "set of consequences" arising due to either wrongful or lawful conduct, due to fault and lack of fault, for one's own acts and the acts of the others, for the acts and for an event, when there is a causation or the causation is lacking. The main reason for this scientific situation amounts to the neglect of methodological principles and approaches to the study. The author defines and studies the three most relevant methodological issues of the civil law research of liability. First, the civilistic approach to studying liability with regard to many issues is not consistent with the theory of law that has methodological significance for all branches of the legal science: most of the measures referred to as civil liability do not correspond to the essence, principles, objectives, goals and functions of legal responsibility. Second, civil liability is mainly examined through the dogmatic method of cognition that does not allow going beyond the boundaries of constantly amended and supplemented positive law. At the same time, the legislator continually "produces" new measures that redistribute property from one person to another (compensation for lawful acts, recovery of property losses) constantly forcing to make the theory fit the law, thereby the doctrine of civil liability loses its own boundaries and hallmarks of scientificity. Third, an interdisciplinary approach is little, if any, applied to study civil liability, permissible results and research methods of related sciences (economics, sociology, psychology) that could make significant contribution to the further cognition of the nature of liability in civil law are not implemented. Resolution of these methodological issues is a compulsory element for both strengthening of the doctrine of civil liability and its further effective development and successful enforcement of regulatory norms associated with it.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.