Лифшиц Илья Михайлович, доктор юридических наук, профессор кафедры международного права
д. 32, стр. 1, Левобережная ул., г. Москва 125445
Ilya M. Lifshits, Dr. Sci. (Law), Professor, Department of International Law
32, building 1, Levoberezhnaya St., Moscow 125445
Смбатян Анаит Сергеевна, доктор юридических наук, профессор кафедры международного права
д. 32, стр. 1, Левобережная ул., г. Москва 125445
Anait S. Smbatyan, Dr. Sci. (Law), Professor, Department of International Law
32, building 1, Levoberezhnaya St., Moscow 125445
Салия Марианна Романовна, кандидат юридических наук, доцент кафедры международного права
д. 32, стр. 1, Левобережная ул., г. Москва 125445
Marianna R. Salia, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of International Law
32, building 1, Levoberezhnaya St., Moscow 125445
Парижское соглашение по климату предусматривает принятие государствами-участниками обязательств, которые данный договор закрепляет как «определяемые на национальном уровне вклады» (ОНУВ). Цель этих обязательств — сократить выбросы парниковых газов и удержать прирост глобальной температуры значительно ниже 2 °C по сравнению с доиндустриальным уровнем. Данный механизм имеет ряд правовых особенностей: во-первых, каждое государство устанавливает ОНУВ самостоятельно, сообщает о них Конференции сторон Рамочной конвенции об изменении климата ООН (РКИК ООН), действующей в качестве совещания сторон Парижского соглашения, и регистрирует их в Секретариате. С этого момента возникает новое международно-правовое обязательство государства по реализации ОНУВ. Во-вторых, ОНУВ можно изменять, но только в сторону большей «амбициозности», то есть повысив целевые показатели по ограничению выбросов парниковых газов. В-третьих, Парижское соглашение не требует согласовывать национальные меры с остальными участниками договора — каждый участник Парижского соглашения представляет ОНУВ, который определяет объем собственных обязательств без участия других государств, в отличие от механизма, предусмотренного в ГАТТ и ГАТС, где государства — члены ВТО обязаны согласовывать свои национальные меры с остальными участниками (Goods schedule / Services schedule). В-четвертых, механизм контроля предусматривает первый этап подведения итогов в 2023 г., когда будет дана оценка хода достижения целей Парижского соглашения.
Сравнительный анализ ОНУВ государств — членов ЕАЭС, все из которых являются участниками Парижского соглашения, позволяет сделать несколько обобщений. Республика Казахстан и Российская Федерация заявили о достижении углеродной нейтральности к 2060 г., остальные государства — к 2050 г., часть государств (Республика Беларусь, Кыргызская Республика, Республика Казахстан) установили два целевых показателя выполнения ОНУВ: условный (достижение показателя при наличии международной финансовой поддержки и доступа к современным технологиям) и безусловный (достижение показателя за счет собственных средств). Уровень развития правовой базы для реализации ОНУВ Республики Армения, Республики Беларусь и Кыргызской Республики уступают уровню Российской Федерации и Республики Казахстан в части ограничения выбросов парниковых газов, оборота углеродных единиц и налогообложения углеродных выбросов (введение углеродного налога). На уровне ЕАЭС государства-члены приняли дорожную карту по климатической повестке, предстоит большая работа по разработке нормативно-правовой базы.
The Paris Climate Agreement provides for the acceptance by the participating States of obligations, which this treaty enshrines as «nationally determined contributions» (NDC). The goal of these commitments is to reduce greenhouse gas emissions and keep global temperature increases well below 2°C compared to preindustrial levels. This mechanism has a number of legal features: first, each state establishes NDC independently, reports them to the Conference of the Parties to the United Nations Framework Convention on Climate Change (UNFCCC), acting as the meeting of the Parties to the Paris Agreement, and registers them with the Secretariat. From this moment, a new international legal obligation of the state to implement the NDC arises. Secondly, it can be changed only in the direction of greater «ambition», that is, by increasing targets for limiting greenhouse gas emissions. Thirdly, the Paris Agreement does not require the coordination of national measures with the rest of the parties to the treaty. Each participant in the Paris Agreement represents an NDC, which determines the scope of its own obligations without the participation of other states, unlike the mechanism provided for in the GATT and GATS, where WTO member states are required to coordinate their national measures with the rest of the participants (Goods schedule / Services schedule). Fourthly, the monitoring mechanism provides for the first stage of summing up in 2023, when an assessment of the progress towards achieving the goals of the Paris Agreement will be given.
A comparative analysis of the NDC of the EAEU member states, all of which are parties to the Paris Agreement, allows us to generalize. The Republic of Kazakhstan and the Russian Federation announced the achievement of carbon neutrality by 2060, the rest of the states — by 2050. Some states (the Republic of Belarus, the Kyrgyz Republic, the Republic of Kazakhstan) have set two targets for the implementation of NDC: conditional (achievement of the indicator with international financial support and access to modern technologies) and unconditional (achievement of the indicator at own expense). The level of development of the legal framework for the implementation of the NDC of the Republic of Armenia, the Republic of Belarus and the Kyrgyz Republic is inferior to the level of the Russian Federation and the Republic of Kazakhstan in terms of limiting greenhouse gas emissions, turnover of carbon units and taxation of carbon emissions (introduction of a carbon tax). At the EAEU level, the member states have adopted a roadmap on the climate agenda, and much work remains to be done to develop a regulatory framework.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.