Кантор Наталья Евгеньевна, кандидат юридических наук, магистр частного права (РШЧП), доцент кафедры предпринимательского и корпоративного права
д. 9, Садовая-Кудринская ул., г. Москва 125993
Natalia E. Kantor, Cand. Sci. (Law), Master of Private Law, Associate Professor, Department of Business and Corporate Law
Moscow
Личные фонды представляют собой юридические лица особого рода, сочетающие черты унитарных и корпоративных, коммерческих и некоммерческих юридических лиц, вещных и обязательственных правоотношений. Законодательные рамки, определяющие внутреннее устройство личного фонда, позволяют создать конструкцию с ограниченной автономией воли как продолжение личности самого учредителя (юридическое alter ego). Личный фонд как номинальный собственник, подчиненный контролю и экономическому интересу учредителя, требует отдельной правовой квалификации по критериям, установленным в трастовых юрисдикциях для фиктивных и иллюзорных трастов. Совокупными критериями иллюзорности личного фонда выступают: отсутствие цели, отличающейся от цели корпоративного лица; создание фонда на определенный срок, отсутствие выгодоприобретателей, полный управленческий контроль учредителя, выполнение функций управляющего связанным с учредителем лицом, отсутствие его самостоятельности; отсутствие фактического разделения имущественных масс учредителя и фонда (их смешение). Дана экономическая и правовая оценка целесообразности использования механизма взаимной субсидиарной ответственности фонда и его учредителя. Для защиты интересов кредиторов учредителя фонда, обязательства перед которыми возникли до момента учреждения фонда, предлагается установить солидарную ответственность фонда вместо субсидиарной. Субсидиарная ответственность учредителя по обязательствам фонда не имеет экономических и правовых предпосылок, в связи с чем от нее следует отказаться.
Personal trusts are legal entities of a special kind, combining the features of unitary and corporate, commercial and non-commercial legal entities, property and contractual legal relations. The legislative framework governing the internal structure of a personal trust allows for the creation of an entity with limited autonomy of will, functioning as an extension of the founder’s own personality-‑a legal alter ego. A personal trust, as a nominal owner subordinate to the control and economic interest of the founder, requires separate legal classification based on the criteria used in trust jurisdictions for sham and illusory trusts. The cumulative criteria for the illusory nature of a personal trust include the absence of a purpose distinct from that of a corporate entity; the establishment of the trust for a fixed term; the lack of beneficiaries; full managerial control of the founder, the lack of their independence; and the absence of a factual separation between the founder’s and the foundation’s assets (commingling). The economic and legal assessment of the expediency of using the mechanism of mutua subsidiary responsibility of the foundation and its founder is given. To protect the interests of the founder’s creditors — whose claims arose before the foundation’s establishment — it is proposed to impose solidary liability on the trust instead of subsidiary liability. Subsidiary liability of the founder for the obligations of the trust has no economic and legal prerequisites, and therefore it should be abandoned.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.