Канашевский Владимир Александрович, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой международного частного права
д. 9, Садовая-Кудринская ул., г. Москва 125993
Vladimir A. Kanashevsky, Dr. Sci. (Law), Professor, Head of the Department of Private International Law
Moscow
Антироссийские «санкции» повлекли за собой необходимость использования российскими субъектами предпринимательской деятельности офшорных компаний для организации морских перевозок и продажи нефтепродуктов. С точки зрения международного частного права данные действия можно квалифицировать в качестве частного случая обхода закона. В недружественных странах обход антироссийских «санкций» рассматривается как попытка обойти сверхимперативные нормы (преобладающие императивные положения). Понятие теневого флота не имеет четкого нормативного определения, хотя и используется в «санкционных» актах недружественных стран. Отсутствие дефиниции способствует злоупотреблениям иностранных регуляторов в отношении судов, контролируемых российскими лицами. Для преодоления незаконных «санкционных» ограничений в области международных расчетов при морских перевозках и реализации грузов российские лица вынуждены использовать многоуровневую структуру владения морскими судами через зарубежные юрисдикции и новые инструменты платежа, полностью или частично подчиненные иностранным правопорядкам. Вследствие масштабных «санкций» теория обхода закона в международном частном праве получила богатый эмпирический материал, который нуждается в серьез ном теоретическом осмыслении.
The anti-Russian «sanctions» have led to the need for Russian business entities to use offshore companies to organize maritime transportation and the sale of petroleum products. From the point of view of private international law, these actions can be qualified as a special case of circumvention of law. In unfriendly countries, circumvention of anti-Russian «sanctions» is seen as an attempt to circumvent overriding mandatory rules (prevailing imperative provisions). The concept of the «shadow» fleet lacks a clear statutory definition, despite being referenced in the «sanctions» acts of unfriendly countries. The absence of a definition facilitates abuses by foreign regulators against vessels controlled by Russian entities. To overcome illegal «sanction» restrictions in international settlements for maritime transportation and cargo sales, Russian entities are forced to utilize multi-layered ownership structures for vessels through foreign jurisdictions and new payment instruments, which are wholly or partially subject to foreign legal systems. Due to the large-scale «sanctions», the theory of circumvention of law in private international law has acquired substantial empirical material that requires serious theoretical analysis.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.