Статья посвящена рассмотрению судебной практики в рамках общего понятия правоприменительного смыслообразования. Обосновывается, что судебная практика является нетипичным источником современного российского права, независимо от законодательного закрепления этого статуса и безотносительно к терминологическому выражению итоговых ее результатов. Анализируется взаимосвязь между институциональной (звено судебной системы) и содержательной (правообразующее значение судебных актов) сторонами правосудия. Отмечается нерешенность на доктринальном уровне вопроса о судебном прецеденте, представленном в российской версии как определение (изменение) практики применения правовой нормы. В дискуссионном ключе обсуждается законодательный способ решения в виде института пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по новым обстоятельствам. Особое внимание уделено классификации форм выражения права в судебной деятельности на безусловные, представленные постановлениями Пленума и Президиума Верховного Суда РФ, и условные, приобретающие правообразующие свойства в процессе последующего положительного восприятия практикой высших судов, к которым в конечном счете могут быть отнесены любые судебные решения с точки зрения имеющегося в них правотворческого потенциала. Предлагаются и подвергаются осмыслению три основные модели взаимодействия между судебной практикой и законодательством: «суд - помощник законодателя», «суд - негативный законодатель», «суд - позитивный законодатель».
The article is devoted to court practice within the general concept of the enforcement legal sense. It is proved that jurisprudence is not a source of modern Russian law, regardless of legislative consolidation of the status and irrespective of the terminological expression of the results. The author analyzes the relationship between institutional (the part of the judicial system) and substantive (the importance of judicial law-making acts) of the parties to justice. It is noted that on the doctrinal level there is an open question on judicial precedent, represented in the Russian version as the definition (change) of practice of application of legal norms. The article discusses legislative methods of its solution in the form of institute of revision of entered into legal force judicial acts on new circumstances. Special attention is given to the classification of the forms of expression of law in the judicial activities that fall into unconditional, presented by the Plenum and the Presidium of the Supreme Court of the Russian Federation, and conditional, acquiring law-making features during subsequent positive perception of the practice of the higher courts, which ultimately can be assigned to any judicial decisions from the standpoint of existing law-making capacity. Three main models of interaction between litigation and legislation are considered: "the court - aide to legislator", "the court - negative legislator" and "the court - positive legislator".
The authors declare that there are no conflicts of interest present.