Preview

Lex Russica. Закон русский

Расширенный поиск
№ 7 (2017)

ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

9-29 10
Аннотация
Позитивное право, согласно материалистической теории права, способно выступать в качестве действительного права не в любом акте проявления правотворческой воли, а лишь там и постольку, где и поскольку оно соответствует всеобщим принципам объективного права: взаимосвязи, равенства, эквивалентности, свободы воли. Эти принципы в своей совокупности образуют сущность правовой формы исторически первого экономического отношения обмена и всех современных производственных, распределительных и потребительных экономических отношений. Современное право, как и право на всех предшествующих ему стадиях исторического развития, является действительным при том непременном условии, что оно обладает всеми сущностными признаками правовой формы экономических отношений. В противном случае позитивное частное право представляет собой превращенную форму права. Общество, его члены отказываются выполнять всякий закон, представляющий собой превращенную форму права, препятствующую им удовлетворять свои интересы, и создают новые правовые нормы. Нормы права, созданные обществом, образуют предпозитивное право - совокупность норм действительного частного права, формируемых в целях восполнения пробелов действующего законодательства и реализуемых в конкретных правоотношениях до момента закрепления этих норм позитивным правом. Чтобы всемерно демократизировать законодательный процесс и ускорить перевод норм предпозитивного права в позитивное, по нашему мнению, необходимо значительно расширить институты непосредственной демократии, создать надлежащие условия для того, чтобы сам народ определял свой строй, правопорядок и пути дальнейшего развития гражданского общества и построения правового государства.
30-41 10
Аннотация
В современных условиях развития юридической действительности международно-правовая и национально-правовая системы нуждаются в должной охране со стороны правоохранительной системы, главным инструментом которой является юридическая ответственность. Защита интересов общества и государства обеспечивается целым комплексом мер юридической ответственности, объединяемых общим типом - публично-правовой ответственностью. Неоднозначность в понимании категории «публично-правовая ответственность» обусловливает неопределенность в понимании ее правовой природы и содержания как в теории, так и на практике. В статье обосновывается необходимость обособления публично-правовой ответственности, исходя из потребностей углубления знаний о публичном праве, обеспечения полноценной защиты интересов государства и общества, систематизации и повышения эффективности данной правовой категории во всех ее проявлениях, а также с учетом важности повышения правового качества и практической ориентации актов официального толкования соответствующих норм. На основе изучения комплекса отечественных доктринальных и правоприменительных (судебных) позиций были выявлены базовые особенности публично-правовой ответственности. Целью установления и применения публично-правовой ответственности является защита законных интересов государства и общества посредством обеспечения действия норм публичного права. Сфера применения публичноправовой ответственности ограничена социальными связями, в которых затрагивается общественный интерес и которые могут быть связаны с реализацией и публичных, и частных прав. Основными формами проявления публично-правовой ответственности являются конституционно-правовая, уголовная и административно-правовая, по поводу иных форм ответственности возникают дискуссии. Официальное закрепление публично-правовой ответственности находит себя в нормах публичного права и зависит от принадлежности ответственности к тем или иным отраслям национального права или к международной правовой системе. Фактическим основанием публично-правовой ответственности является публичное правонарушение, которое должно быть основано на вине нарушителя права и иметь полный состав. Потенциальными субъектами публичноправовой ответственности являются коллективные и индивидуальные субъекты права. Реализация публично-правовой ответственности возможна в принудительной и добровольной форме, а особенности механизма (порядка) ее возложения зависят от вида ответственности и от органа, применяющего соответствующие санкции. Высшими судебными инстанциями России в различных (не связанных между собой) актах излагаются общие правила возложения публично-правовой ответственности. По результатам исследования автором сформулированы итоговые выводы.

ФИЛОСОФИЯ ПРАВА

42-62 1
Аннотация
В статье исследуется важный аспект политико-правовой теории - генезис и структурные особенности гипотетических или воображаемых форм государства и права. На историческом материале делаются обобщения, касающиеся вопросов как эволюционного, так и мутационного развития политических и правовых форм. Аристотелевская ретроспектива государственно-правовых трансформаций сменялась теорией «двух градов» Августина, которая играла важную роль в политических доктринах Средневековья. Смешение политических форм казалось наиболее оптимальным методом для формирования идеальной модели государственности. В XVIII-XIX вв. сложилось устойчивое представление об «абсолютном» политическом пространстве, в рамках которого вызревала особая форма - национальная государственность. Долгий исторический путь проделала в своем развитии политическая (государственная) форма, закладывая основы для многих разновидностей и аспектов, как политических, так и правовых, и для становления современных государственных образований. Много внимания в статье уделяется анализу двух важных принципов государственной организации: принципу тождества и принципу репрезентации. Правовые идеи и институции, наполнявшие эти в значительной мере только воображаемые пространства, придавали им существенный элемент реальности. Даже в условиях революционных изменений, когда старая государственная форма отмирала, право оставалось формообразующим элементом. Идеальные модели государственных форм, часто превращавшихся в политические и идеологические утопии, требовали для своей реализации правопорядка и нормированности, продолжавших существовать уже после исчезновения породившей их политической среды.
63-74 16
Аннотация
В статье в научный оборот вводится особый теоретический конструкт - генетический код правовой культуры. Опираясь на работы философов, социологов, антропологов, автор раскрывает правовую культуру социума как многоуровневую целостную развивающуюся систему, которая имеет уникальный генетический код. Генетический код правовой культуры представляется в форме молекулы ДНК, в которой природные (биологические) и культурные (мировоззренческие) универсалии переплетаются, связываются между собой различными способами мышления. В первой составляющей закреплены всеобщие принципы и идеалы, обеспечивающие выживание и совершенствование человечества. Как бы ни различались правовые культуры различных социумов, сохранение и передача из поколения в поколение этих всеобщих принципов и идеалов (взаимопомощь, самосохранение, общинный характер жизнедеятельности, забота о потомстве, необходимость общения, саморегуляция и др.) предопределяет общность культур различных социумов и их развитие в общем потоке человеческой истории. Культурные (мировоззренческие) универсалии обусловлены социальной природой человека. Они включают в себя не только социально осознанные явления (правовые традиции, ценности, ритуалы, обряды, церемонии, способы воспитания, правовые отношения, образцы поведения и т.д.), но и социально бессознательные (поведенческие реакции: жесты, манера общения и др.). Биологическую и социальную природу человеческого сообщества связывают в гармоническом единстве различные типы мышления и деятельности. Правовое мышление - это способ познания, выражения (артикуляция) и понимания (мироощущение) правовой реальности. Этот процесс смысло-образования или понимания права протекает в единстве различных видов (способов) освоения социальной реальности - чувственного, интуитивного и рационального. При помощи осознания и обретения смыслов биологические универсалии «преобразуются» в культурные универсалии, что находит отражение в языке и в ментальности народа. Наличием генокода в правовой культуре социума объясняется их дискретность и структурно-функциональное единство, раскрываются единство (природные универсалии) и уникальность (мировоззренческие универсалии). В результате проведенного анализа автор статьи приходит к выводу, что при помощи генетического кода можно обосновать типологическую уникальность правовой культуры социума в общемировом культурном пространстве.

ИССЛЕДОВАНИЕ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

75-89 1
Аннотация
В статье формулируется концепция участия граждан в обеспечении обороны страны и безопасности государства в Российской Федерации. Проанализировано содержание современных военных угроз безопасности государства, раскрыты закономерности рассматриваемого правового института, на основании чего определены направления развития полномочий государственных органов в сфере привлечения граждан к участию в обеспечении обороны страны и безопасности государства и охарактеризован правовой статус личности как субъекта данных правоотношений. По мнению автора, участие граждан в обеспечении обороны страны и безопасности государства является высшей формой народовластия, определяющей существование государства и государственной власти вне зависимости от формы правления и политического режима. Концепции участия граждан в обеспечении обороны страны и безопасности государства должна соответствовать требованиям демократического, правового и социального государства, а также защите демократических институтов, таких как выборы, общественная инициатива, от деструктивного влияния. Участие граждан в обеспечении обороны страны и безопасности государства основывается, во-первых, на реализации долга и обязанности по защите Отечества исходя из патриотических убеждений и, во-вторых, необходимости защиты от массовых и грубых нарушений прав и свобод человека и гражданина, защиты от агрессии противника, что обусловливает применение новых форм и видов участия граждан в обеспечении обороны страны и безопасности государства в соответствии с динамикой общественных отношений и военных угроз, изменением характера военных конфликтов. Привлечение граждан к участию в обеспечении обороны страны и безопасности государства предполагает применение правовых средств ограничения прав и свобод человека и гражданина и усиление контрольной функции уполномоченных органов. Гражданин как участник правоотношений по обеспечению обороны страны и безопасности государства наделен соответствующими правами и обязанностями, что дает основание для применения комплекса правовых средств ограничений, наивысшей в иерархии которых выступает наделение полномочиями, что предполагает введение обязанностей, ограничений пределов реализации прав, установление контроля, мер ответственности и способов защиты прав и свобод.

ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

90-99 1
Аннотация
В статье проводится сравнительный анализ некоторых утративших силу и ныне действующих постановлений Пленума Верховного Суда РФ по применению трудового законодательства, в частности, исследуются спорные вопросы, возникающие в правоприменительной практике в связи с прекращением трудового договора по инициативе работника и работодателя. В действующих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ выражены два фактически разных подхода к вопросу о дате увольнения работника в случае ликвидации организации. Представляется, что дата увольнения работников должна совпадать с днем утверждения промежуточного баланса. Определенные сложности вызывают вопросы, связанные с несоблюдением работодателем сроков, предусмотренных в ТК РФ в отношении предупреждения работника о предстоящем прекращении трудового договора (двухмесячного срока при увольнении по сокращению численности или штата и трехдневного в случае истечения срока трудового договора). В статье исследуется неоднозначная судебная практика по вопросу о признании прогулом отсутствия работника на работе более 4 часов подряд, анализируются достоинства и недостатки п. 20 (касающегося расторжения трудового договора по инициативе работника), 35 и 39 (разъясняющих порядок расторжения трудового договора за виновные нарушения работником трудовых обязанностей) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2, а также вопросы, связанные с материальной ответственностью работника за ущерб, причиненный работодателю не при исполнении трудовых обязанностей. Проблема заключается в том, правомерно ли взыскивать в данном случае убытки с работника по нормам гражданского законодательства. Ранее этот вопрос был решен в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 23 сентября 1987 г. № 8. В публикации указывается на то, что незамедлительного разъяснения требует новая глава ТК РФ, касающаяся особенностей регулирования труда работников, направляемых временно работодателем к другим физическим лицам или юридическим лицам по договору о предоставлении труда работников (персонала).

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА

100-114 2
Аннотация
В ст. 15 Закона РФ «О недрах» указаны социальные, экономические и экологические интересы, но при этом законодательством не определено их содержание. В работе предлагаются определения их содержания с учетом особенностей недропользования. Конструкция публичных интересов как экономической, социальной и экологической категорий содержит внутреннюю противоречивость. Предлагается приоритет выявленного противоречия разрешать с учетом выгоды государства, которая может компенсировать неблагоприятные экологические и социальные последствия в результате предоставления недр в пользование. Такой приоритет следует закрепить в законодательстве Российской Федерации о недрах.
115-123 12
Аннотация
В статье проводится анализ основных научных подходов к проблеме осуществления административной юстиции (административного судопроизводства) в Российской Федерации. С вступлением в силу Кодекса административного производства РФ фактически сформировалась новая отрасль права с присущим особым предметом и методом правового регулирования. В то же время анализ ряда научных трудов позволил сделать вывод о том, что действующее административно-процессуальное законодательство в основном состоит из процессуальных норм, заимствованных в гражданском судопроизводстве. Кроме того, основываясь на изучении опыта становления и осуществления административной юстиции в Республике Крым в период ее вхождения в состав Украины, а также изучении научных трудов, содержащих статистические данные о количестве рассматриваемых судами общей юрисдикции дел, подпадающих в настоящее время под действие норм КАС РФ, приходят к выводу о нецелесообразности в настоящее время создания в России отдельной специализированной системы административных судов, при этом не исключая возможности в будущем, в случае изменения общественных отношений, развития административно-процессуальной науки, изменения подсудности определенных категорий дел, а также основываясь на результатах деятельности судов по применению КАС РФ, вернуться к обсуждению данного вопроса. Констатируя факт организации в России административного судопроизводства, авторы полагают, что для становления самостоятельной науки административного процесса еще потребуются дальнейшие исследования теоретических проблем в данной сфере, анализ практики применения уже существующих административно-процессуальных норм, последующие дополнения и усовершенствования КАС РФ.
124-136 20
Аннотация
В статье рассматриваются вопросы соотношения понятий «преступление» и «проступок», свойства общественной опасности данных явлений. Сформулирован вывод, что различие между проступком и преступлением заключается прежде всего в степени их опасности для общества. Дается понятие проступка, определяются его виды и признаки. Особое внимание уделяется исследованию признаков юридического проступка, так как иные проступки не обладают общественной опасностью. Дана оценка мнений ученых о возможности возвращения в отечественное уголовное законодательство категории уголовных проступков. Критикуется точка зрения авторов, согласно которой проступок занимает «промежуточное» положение между преступлением и административным правонарушением. Результат анализа норм уголовного закона, предусматривающих преступления с административной преюдицией, также показал недопустимость отнесения таких деяний к уголовным проступкам. В статье исследованы различные позиции отечественных юристов о возможности расширения сферы уголовного права. Автор поддерживает мнение о необходимости рассмотрения уголовного права в «широком смысле», так как существование административной ответственности приводит к размыванию границ уголовной репрессии и противоречит практике Европейского Суда по правам человека. В связи с дополнением УК РФ ст. 204.2 «мелкий коммерческий подкуп» и ст. 291.2 «мелкое взяточничество» обосновывается точка зрения о недопустимости включения в уголовный закон преступлений, в наименовании которых законодатель употребляет термин «мелкий». Рассмотрены предложенные в юридической литературе различные варианты деления преступлений на классы (категории). Анализ ст. 15 УК РФ показал, что законодатель не относит ни к одной из категорий деяния, за которые в Кодексе предусмотрено менее строгое наказание, чем лишение свободы. Сделан вывод о необходимости выделения в УК РФ категории «преступления наименьшей тяжести», которая должна использоваться для обозначения деяний, менее вредных по характеру и степени общественной опасности, чем преступления небольшой тяжести. Показано уголовно-правовое значение более подробной категоризации преступных деяний в зависимости от их тяжести.

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ПРЕСТУПНОСТИ

137-150 6
Аннотация
Предметом настоящего исследования является соотношение объявленного целеполагания и реальных результатов российской уголовной политики 2009-2017 гг. в части усиления уголовной ответственности и наказания лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения. Анализируются и критически оцениваются законодательные новеллы в данном направлении и практика их реализации. Общий вывод, к которому приходит автор, неутешителен: объявленный нашим государством уголовно-политический курс на усиление уголовной ответственности и наказания лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения, характеризуется целым рядом системных недостатков, что с учетом «вклада» всех форм реализации уголовной политики - законотворчества, правоприменительной деятельности и праворазъяснительной практики Конституционного и Верховного судов РФ - приводит к парадоксальным результатам, основными из которых являются следующие: 1. Криминализация в 2014 г. такого деяния, как управление механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, представляющего собой, по сути, деликт опасности (ст. 264.1 УК РФ), осуществлена на фоне проводимой с 2003 г. декриминализации более общественно опасных деяний с точки зрения ценности объектов уголовно-правовой охраны, к тому же она дает существенное приращение количества лиц, имеющих судимость за преступления небольшой тяжести, что не согласуется с тенденцией уголовной политики в части ее направленности на сокращение количества лиц, имеющих судимость за преступления небольшой тяжести, причем тоже более общественно опасных. 2. Политика «усиления» носит фрагментарный характер, что проявляется в установлении квалифицирующего признака «совершение преступления в состоянии опьянения» (ст. 264 УК РФ) только в одном составе преступления, в результате за ее рамками остаются равные и даже более опасные деяния. 3. Допускаемая уголовным законом и реализуемая на практике возможность освобождения от уголовной ответственности по основаниям, установленным ст. 75 и 76 УК РФ, лиц, совершивших преступления, предусмотренные ст. 264 и 264.1 УК РФ, нивелирует цель усиления уголовной ответственности лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения. 4. Введение в ст. 63 УК РФ такого обстоятельства, отягчающего наказание, как «совершение преступления в состоянии опьянения», не дает масштабного реального усиления наказания лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения.

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

151-165 5
Аннотация
В статье рассматриваются эволюция представлений об административной ответственности и тенденции развития данного вида юридической ответственности. В советском и современном российском праве под административной ответственностью понимаются различные правовые явления - административный порядок привлечения к ответственности, ответственность за административные правонарушения и общая юридическая ответственность за правонарушения, характеризующиеся сущностными отличиями. Так, административный порядок привлечения к ответственности характеризуется назначением наказания в упрощенных процедурах административным органом, действующим вне поля судебного контроля, и имеет своим предназначением оперативное обеспечение исполнения нормативных предписаний органов местной и центральной власти посредством карательных мер. В статье отмечается, что начиная с 60-х гг. XX в. в законодательстве предусматривается судебный порядок назначения отдельных взысканий (исправительные работы, административный арест, выселение в специально отведенные местности и др.), устанавливается судебный контроль над административными органами при назначении штрафа и определяется признак виновности противоправного деяния как основания для ответственности. Тем самым ограничивается применение административного порядка привлечения к ответственности, создаются условия для появления нового механизма - ответственности за административные правонарушения, которая окончательно формируется с систематизацией законодательства и принятием Основ законодательства Союза ССР и союзных республик об административных правонарушениях и КоАП РСФСР 1984 г. Автор анализирует ключевые понятия, связанные с административной ответственностью, и приходит к выводу о том, что смысловое отождествление советским законодателем понятия «административное правонарушение» с понятием «правонарушение», воспринятое в КоАП РФ 2001 г., стало системной ошибкой, которая привела к утрате пределов и критериев регулирования и со временем превратила ответственность за административные правонарушения в общую юридическую ответственность за правонарушения. Такие изменения деформировали механизмы юридической ответственности и превратили законодательство об административных правонарушениях в платформу для широкого применения несоразмерных санкций. В статье исследуются возможности решения указанной проблемы и выявляется необходимость существенного пересмотра всего законодательства, в том числе уголовного, на основе принципа соразмерности наказаний.

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРАВО

166-177 17
Аннотация
Проблематика государственного суверенитета в информационно-телекоммуникационной сфере обусловлена как объективными свойствами Сети (трансграничный характер правоотношений и т.д.), так и субъективными факторами эволюционного развития управления системой доменных имен и ее технической инфраструктуры (концентрация соответствующих полномочий в интернет-корпорации по присвоению имен и номеров). Значимыми являются выявление признаков конфликтогенности между принципами стабильности, отказоустойчивости и свободы распространения информации в сети Интернет, а также государственного суверенитета и т.д., сохранение однополярной квазимонополии на средства и механизмы управления Интернетом, которые создают предпосылки для выработки на основе норм международного права новых организационных форм управления им. В статье, во-первых, дан анализ основных проблем и тенденций в развитии доктринальных представлений о природе, средствах обеспечения киберпространственного суверенитета государств и их юридической ответственности за деятельность пользователей сети Интернет в пределах как традиционных сфер территориальной юрисдикции, так и в «пятом домене» суверенного господства. Во-вторых, показана проблема государственного суверенитета в киберпространстве, которая должна рассматриваться комплексно и системно, прежде всего с учетом интересов охраны прав и законных интересов человека и гражданина (суверенитет личности), интересов развития гражданского общества и обеспечения обороны и безопасности государства. Проведенное исследование расширяет научные представления о природе и назначении государственного суверенитета в сети Интернет; на основе анализа большого массива правовой информации выявлены основные реперные точки, которые позволят зафиксировать в Конституции РФ, в международно-правовых документах и в Доктрине информационной безопасности Российской Федерации границы государственного суверенитета в киберпространстве.

ЮРИДИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

178-188 1
Аннотация
В статье оценивается опыт работы вузов в соответствии с требованиями нового ФГОС ВО по направлению подготовки 40.06.01 Юриспруденция (уровень подготовки кадров высшей квалификации). Эмпирической основой явилось проведенное авторами социологическое исследование, репрезентативность результатов которого обусловлена привлечением к опросу аспирантов разных научных специальностей, курсов, форм обучения Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). Анализ итогов анкетирования, опыт проведения занятий с аспирантами, работа в научных журналах, членство в диссертационных советах, собственная многолетняя научно-исследовательская деятельность позволили авторам сформулировать ряд выводов и предложений. В целом обоснованным признан концептуальный «разворот» модели аспирантуры в сторону образовательной компоненты. Однако выявленное в ходе анкетирования желание аспирантов снизить аудиторную нагрузку, в том числе по причине ее частичного дублирования с программами магистратуры (специалитета), ставит задачу модернизации учебного процесса. Намеченные в статье положения направлены на изменение методики проведения лекционных и практических занятий, усиление внимания к самостоятельной работе студентов и ее формам. Нивелировать повторение программ разных уровней предлагается за счет формирования дополнительных профессиональных компетенций аспирантов, пути освоения которых определены в статье. Преодоление проблем в научно-исследовательской деятельности видится через придание самим научным исследованиям аспирантов апробации их результатов ключевого характера. В числе основных задач: постоянный поиск актуальных форм сотрудничества, вовлечение аспирантов в научную деятельность кафедры и вуза в целом. Формами активизации научной деятельности аспирантов может стать закрепление обязательности их участия в организации кафедральных научных мероприятий с последующей подготовкой обзоров, ежегодных выступлений с докладами на конференциях (круглых столах, симпозиумах), помощи преподавателю в работе научного кружка, привлечения к выполнению научно-исследовательских проектов кафедры, деятельности в научно-образовательных центрах и других «рамочных» структурах вузов. Позитивно оценивая выведение этапа защиты диссертации за пределы образовательной программы, авторы высказывают мнение, что такая модель будет способствовать появлению необходимого временного люфта и позволит обучающимся посвятить последний год обучения в аспирантуре работе над содержанием диссертации, а не процедуре ее защиты. При этом показано, что в пределах программы аспирантуры остается основная работа по подготовке диссертации и ее апробации. Через призму проблематики качества экспертизы результатов научных исследований сконцентрировано внимание на роли Перечня ВАК, включающего журналы, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертации. Осветив основные направления реформирования указанного Перечня, авторы пришли к выводу, что его эффективная модель до сих пор не найдена.
189-197 3
Аннотация
Развитие правовой лингвистики, взаимодействие языка и права вызывает необходимость повышения уровня профессиональной подготовки будущих юристов. В связи с этим работа с юридическими текстами приобретает особое значение. Поиск информации в огромном потоке иноязычной литературы требует от специалиста владения навыками чтения. В статье обосновывается необходимость знания фонетической транскрипции, правил чтения, умение работать со словарем, правильно произносить слова, поскольку они лежат в основе работы с текстом. Рассматриваются способы достижения понимания содержания иностранного текста. Для успешного перевода текста юридического характера недостаточно в совершенстве знать терминологию той или иной юридической тематики. Необходимо применять знания по специальным и общеюридическим предметам в качестве основы смысловой и языковой догадки. Обращается особое внимание на невозможность выполнения адекватного перевода без знания лексических, грамматических особенностей перевода, поскольку при переводе с одного языка на другой зачастую происходит перестройка предложения, т.е. изменение порядка слов, что вызвано рядом причин лексико-грамматического характера, например, связанных с центром высказывания в предложении. Рассматриваются сложности перевода атрибутивных сочетаний, которые представляют серьезную проблему, так как в большинстве случаев также требуют изменения порядка слов. Уделяется внимание обучению переводу на русский язык названий организаций или учреждений, которых нет в справочниках, и способам их перевода. В этой связи необходимо изучать лексические соответствия, терминологические словосочетания, обозначающие реалии, «не свойственные русскоязычной юридической практике», лексику безэквивалентных юридических терминов, идиомы, обогащающие юридический текст и создающие при переводе исходного текста по возможности образность и общую стилистическую окраску. Показано, что обучение студентов-юристов работе с текстом требует от преподавателя специальных познаний в соответствующей области права, владения специальной лексикой и знания особенностей использования иностранной юридической терминологии в конкретном контексте.

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

198-206 3
Аннотация
В современных условиях решающее значение приобретает поиск новых концептуальных подходов к проблеме урегулирования наследственных отношений, что влечет за собой необходимость пересмотра базовых юридических концепций и теорий, выбор новых для современной России основ правового регулирования наследственных отношений, что, в свою очередь, влечет пересмотр стратегии и определение существенных черт процесса зарождения и развития этих отношений. Институт наследования получил широкое освещение в российской цивилистике, однако исторические исследования процессов зарождения и развития наследственных отношений являются достаточно редкими. И одним из дискуссионных вопросов в истории наследственного права является определение места договоров Руси и Византии в системе источников наследственного права. Указанной проблеме и посвящена данная статья.
207-226 4
Аннотация
В статье рассматриваются вопросы реформирования системы высшего образования второй половины XIX в. Автор анализирует Общий устав императорских российских университетов, принятый в период правления императора Александра III. Данный Устав пришел на смену Общему уставу императорских российских университетов 1863 г. В статье рассматривается система управления университетами, ее внутренние и внешние составляющие. Устав провозгласил, что «Университеты состоят под особым покровительством Его Императорского Величества и именуются императорскими». Общие положения Устава закрепили принципы иерархии в системе управления университетами. Высшими должностными лицами являлись министр и попечитель, представляющие внешнее управление. Внутреннее управление, непосредственное и постоянное, должен был осуществлять ректор. Общие положения закрепили принципы единоначалия и коллегиальности, назвав те органы, на которые ректор должен опираться при осуществлении своих полномочий. Устав определил, что «непосредственное управление Университетом принадлежит ректору, при участии в подлежащих случаях: а) Совета, б) Правления, в) собраний и деканов факультетов и г) инспектора студентов с его помощниками». В статье анализируется субъектный состав учебной и научной деятельности университета, правовой статус преподавателей и студентов, включая их аттестацию. Устав 1884 г. закрепляет классическую структуру российских университетов и определяет, что «каждый университет состоит из факультетов, представляющих собой составные части одного целого». Все преподаваемые в университете науки распределялись по факультетам: историко-филологический, физико-математический, юридический, медицинский и факультет восточных языков Санкт-Петербургского университета. Факультеты включали в себя кафедры как основные научные и учебно-методические подразделения. Концептуальные основы Общего устава императорских российских университетов 1884 г. содержали ряд нововведений, что отвечало требованиям своего времени. Генезис государственной образовательной политики и университетского законодательства представляет большой научный интерес и требует дальнейших историко-правовых исследований, основным источником которых, несомненно, является Общий устав императорских российских университетов 1884 г.


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 1729-5920 (Print)