Preview

Lex russica (Русский закон)

Расширенный поиск
№ 10 (2017)

ИССЛЕДОВАНИЕ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

9-26 15
Аннотация
Исследуются государственно-правовые аспекты категории «народ» в контексте творческого наследия классического евразийского учения. Евразийский подход к народу и другим социальным общностям в качестве соборных, симфонических личностей, а не механической суммы отдельных индивидуумов дает возможность по-новому осмыслить природу и механизм реализации конституционной правосубъектности народа, сформулировать тезис о перспективном характере разработки категории «права народа» в единстве с идеей прав человека, показать значимость конструкции права народа - права и обязанности человека и гражданина - права и обязанности государства и его органов для обеспечения юридической сбалансированности содержания Конституции России. Выдвинут и обоснован тезис о конституционно-правовом значении народа не только как совокупности ныне живущих граждан, но и как будущего поколения россиян, интересы которых подлежат учету при принятии политических решений в экономической и социальной сферах. Большое внимание уделено исследованию евразийцами этической составляющей категории «народ». Акцентировано внимание на исторически оправданном прогнозе евразийцев относительно того, что классовая солидарность и диктатура пролетариата не смогут сохранить единство Союза ССР, не в состоянии противостоять развитию националистических и сепаратистских стремлений населяющих его народов. Важен их вывод, что для создания прочного Российского многонационального государства необходимо формирование этнического (национального) субстрата. В контексте этого вывода рассматривается современная проблема дальнейшего развития национальных отношений в Российской Федерации. Анализируя материалы дискуссии, начавшейся в связи с предложением Президента РФ В.В. Путина о целесообразности разработки и принятия специального закона о российской нации, поддерживая данное предложение, автор акцентирует внимание на тех условиях, при соблюдении которых данный закон может стать эффективным инструментом национальной политики. Нельзя впадать в правовой идеализм и считать, что закон сам по себе может сформировать российскую нацию. Формирование нации - это объективный исторический процесс, а с помощью закона и других мер государственного регулирования можно лишь его ускорить или замедлить. Также с известной долей осторожности должен быть использован зарубежный опыт для формирования национального субстрата Российского государства. Концепция «плавильного котла», заимствованная главным образом у США, не может быть применима к России в силу исторических особенностей становления государственности в наших странах. Россия - не страна мигрантов, переселенцев, которые, как в США, создали новое государство. В России народы сохранили историческую связь со своей территорией и объединились в одно государство не как отдельные личности, а как этнические территориальные общности, одна из задач которых состоит в сохранении своей национальной самобытности. Обобщение (даже весьма неполное) евразийских исследований категории «народ» свидетельствует об их несомненной актуальности. Коллективная, «симфоническая» личность - российский народ (многонародная российская нация) - не только лежит в основе большинства евразийских теоретических конструкций, но и рассматривается как ведущий субъект реальной политики, социальное и духовное самочувствие которого и определяет судьбу российской государственности и будущего Евразии.

ПРАВО И ЭКОНОМИКА

27-35 14
Аннотация
В Российской Федерации активно обсуждается концепция индивидуального пенсионного капитала, которая имеет своих сторонников и противников. Аналогичный механизм давно с успехом применяется в законодательстве зарубежных государств, снимая тем самым существенную нагрузку с государства, особенно в Великобритании и Новой Зеландии. Внедрение индивидуального пенсионного капитала за рубежом предполагает закрепление на законодательном уровне преференций для вкладчиков (потенциальных пенсионеров) и работодателей. Изучение иностранного опыта позволяет выявить преимущества применения лучших практик на российской правовой ниве. Приведенные данные приобретают особую актуальность на фоне демографических и экономических преобразований Российской Федерации, которые свидетельствуют о необходимости совершенствования пенсионной системы с целью последующего обеспечения населения пожилого возраста средствами для проживания. Рассмотренные в статье пенсионные системы имеют как схожие, так и отличительные особенности. К числу последних можно отнести: размер коэффициента замещения, который показывает, до какой степени пенсионные системы направлены на сохранение индивидуального уровня жизни работника, переходящего в категорию пенсионеров; определение роли государственного или частного сектора в пенсионном обеспечении. Рассмотренные примеры из зарубежной практики демонстрируют, что системы ИПК активно внедрены и используются в рамках государственной пенсионной системы и пользуются спросом у трудоспособных граждан.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА

36-46 24
Аннотация
Настоящая статья посвящена отдельным проблемам теории и практики протоколирования следственных действий как требования, обусловленного историческими традициями национального судопроизводства и общими принципами континентальной (романо-германской) правовой системы. Автор особо заостряет внимание на правовом значении протоколирования следственных действий как на несомненном достоинстве российской модели предварительного расследования, которое делает ее значительно превосходящей соответствующие механизмы, используемые в странах Запада, в первую очередь в Соединенных Штатах Америки. Первая часть статьи посвящена доктринальным, нормативно-правовым и прикладным аспектам процедуры составления протоколов. В частности, автор выражает скептицизм по поводу регламентации на «высоком » законодательном уровне сугубо технических правил протоколирования следственных действий, превращающих федеральный закон в пошаговую инструкцию для неграмотных и бескультурных следователей. Кроме того, предлагается новая прикладная технология ознакомления участников следственных действий с содержанием протоколов, основанная на режиме максимальной комфортности, отвечающая подлинно правовому значению процессуальной формы и предполагающая надлежащий уровень профессионализма, правосознания и ответственности следственных работников. Вторая часть статьи посвящена доказательственному значению протоколов следственных действий при установлении обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Методологически отталкиваясь от сформированной ранее концепции «невербального» способа процессуального познания, принимая во внимание правовую неопределенность ст. 83 УПК РФ, автор приходит к выводу о существовании серьезной доктринальной и законодательной ошибки, заключающейся в нарушении логического единообразия применительно к результатам различным следственных и иных процессуальных действий. По мнению автора, в одних случаях под доказательством понимается познавательный результат, а в других - сам протокол как форма фиксации такого результата. В этой связи предлагается использование единых методологических подходов как к результатам следственных действий, так и к соответствующим протоколам. А доказательства, предусмотренные ст. 83 УПК РФ, по мнению автора, следует впредь называть результатами невербальных следственных (судебных) действий.

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

47-57 21
Аннотация
Своевременные исследования ведущих правоведов эколого-правового направления в области прогнозирования государственной экологической политики позволили после принятия в 2014 г. Федерального закона «О стратегическом планировании в Российской Федерации» оперативно сформировать достаточно полноценный пакет документов стратегического планирования, необходимый для планирования развития механизма правового регулирования в экологической сфере, в том числе документы стратегического планирования верхнего уровня и документы, из них вытекающие (подчиненные), а также документы различного срока действия - долгосрочные, среднесрочные и краткосрочные. В то же время, как показал проведенный в статье анализ, указанные документы стратегического планирования зачастую дублируют друг друга и их содержание больше касается планирования мероприятий в сфере охраны окружающей среды. Анализ документов стратегического планирования в экологической области и сфере государственного регулирования миграционной деятельности в Российской Федерации показывает, что, предусматривая большой объем проведения конкретных мероприятий по совершенствованию эколого-правового регулирования и улучшению миграционной деятельности России, принятые документы не предполагают создания механизма правового регулирования перемещения и переселения населения из районов экологических катастроф природного или техногенного характера или из районов экологических бедствий, где нарушается конституционное право человека и гражданина на благоприятную окружающую среду. Для исправления сложившейся ситуации, по мнению автора, необходимо принятие соответствующего федерального документа стратегического планирования в сфере развития экологической безопасности Российской Федерации, план предполагаемых мероприятий которого должен быть увязан с соответствующими пунктами документа стратегического планирования в сфере государственного регулирования миграционной деятельности в Российской Федерации. В предлагаемых к принятию документах стратегического планирования должны быть определены этапы создания эффективного механизма правового регулирования перемещения и переселения населения, в том числе добровольного, из районов, где нарушается конституционное право человека и гражданина на благоприятную окружающую среду (экологическую миграцию).

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО

58-87 25
Аннотация
Идущий уже более 25 лет процесс распространения международных судов привел к появлению весьма обширных эмпирических данных, которые позволяют не только оценить корректность тех или иных теорий и концепций, пытающихся объяснить это явление, но и подвести некоторые итоги деятельности международных судов, выявить их общую специфику, а также обосновать появление некоторых новых тенденций в международном правосудии. Автор исходит из того, что хаотичный характер процесса появления международных судов является следствием объективных реалий современного международного права, вызванных отсутствием единого мирового законодателя и наличием вместо него суверенных государств со своими динамично меняющимися приоритетами и интересами. Сегодня представляются более чем утопичными любые предложения выстроить централизованную систему международных судов, аналогичную национальной судебной системе, либо хотя бы некое подобие судебной иерархии среди международных судов во главе с Международным Судом ООН. На практике конкретный международный суд создается только тогда, когда для создающих его государств баланс тех выгод и преимуществ, которые они получат от его создания, перевешивает (как им кажется) те минусы и ограничения, которые появляются после создания этого суда. При этом процесс создания судов не поддается формализации, и в каждом конкретном случае государства действуют путем проб и ошибок, используя для контроля судов уже апробированный на практике набор мер. Среди государств меняется отношение к конкуренции юрисдикций международных судов и приходит понимание, что эту конкуренцию нужно поощрять. Конкуренция международных судов является частью механизма сдержек и противовесов, который стихийно складывается сейчас на международном уровне. В этой конкуренции каждый суд действует сам за себя, а ожидаемое многими глобальное сообщество судей так и не появилось. Концептуально и фактически неверно называть цитирование одними судами решений других судов диалогом, так как на самом деле в абсолютном большинстве случаев это одностороннее цитирование региональными, малоизвестными или только что созданными судами решений наиболее известных и авторитетных судов, и не в целях обмена мнениями, а преимущественно для усиления легитимности своих решений в глазах их адресатов.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО

88-102 20
Аннотация
Современное мироустройство под воздействием процессов глобализации существенно видоизменилось, что приводит к парадигмальному сдвигу в праве, к серьезному смещению концепций правопонимания, обусловившему методологический кризис современной теории права. Новая правовая действительность XXI в., преобразованная глобализацией и исследуемая в контексте юридической антропологии, рисует новое будущее права, над созданием которого работают не только государственно-властные образования, но и частные акторы: мировое бизнес-сообщество, или бизнес-элиты в лице транснациональных и мультинациональных организаций, надгосударственных структур. Дисциплинарная матрица международного частного права также претерпевает существенные изменения, находясь в авангарде происходящих преобразований. И если система международного частного права все еще, исходя из постулатов позитивистской юридической науки, не вмещает в себя нормы негосударственного регулирования, то современная парадигма международного частного права уже немыслима без соответствующих норм. Юридический инструментарий, используемый для целей регулирования трансграничных отношений, ядром которого служат правовые нормы, значительно обогащается сегодня не столько новыми, сколько осовремененными квазиправовыми (неправовыми) средствами. Значимое место в соответствующем юридическом инструментарии принадлежит нормам негосударственного регулирования, которые в контексте настоящего исследования квалифицируются как собирательное и наиболее «нейтральное» видовое обозначение норм негосударственного происхождения, регулирующих трансграничные отношения. Начавшийся в области трансграничной торговли процесс активного применения норм негосударственного регулирования распространился практически на все виды трансграничных частноправовых отношений, хотя и с совершенно разной степенью проникновения и признания соответствующих норм, а также с разными допустимыми функциональными возможностями. Живая, гибкая, адаптивная, самоорганизующаяся, мобильная нормативная среда формируется, вытесняя, подменяя, видоизменяя, обогащая традиционные правовые регуляторы. Особенно важно и в недалекой перспективе может привести к глобальным последствиям то, что нормы негосударственного регулирования формируют особую регулятивную систему не идеально-абстрактного вакуумного типа, служащую целям моделирования будущего правовых систем, а с очевидно прикладной целью - в качестве «применимого права» в условиях сформированного и широко признанного на международной сцене дестинатора этой системы - международного коммерческого арбитража.
103-114 14
Аннотация
Перевозка сырой нефти и продуктов ее переработки традиционно относятся к разряду затратных и опасных мероприятий. Страхование таких грузов испытывает большие сложности. С одной стороны, требуется объединение капиталов владельцев судов. В то же время вина за наступление страхового случая, как правило, возлагается на фактического перевозчика. Страховая платежеспособность основывается на расходах, предшествующих формированию страховых выплат, тогда как калькуляцию страховой стоимости проще поручить консолидированной группе страховщиков. Только в этом случае ограничения ответственности безупречны, а характер рисков соответствует максимальному уровню страховой защиты. В итоге пределы ответственности устойчивы к любому из убытков. Однако взаимное страхование заключается в создании новых страховых продуктов, где компенсация и защита прочно связаны между собой. Появление могущественного финансового траста приводит к кумуляции активов и их адресным распределениям. В результате преодолевается крайняя разобщенность показателей операционного риска. Заключаемые срочные контракты приближают начало выплаты компенсаций по одному только первичному риску. Гарантии предстоящего покрытия устанавливаются свободно, а рисковое обязательство инкорпорируется в прямые затраты по страховой премии. Фонды IOPC увеличивают ликвидность активов.

СРАВНИТЕЛЬНОЕ ПРАВОВЕДЕНИЕ

115-122 17
Аннотация
Статья посвящена определению основных подходов к выполнению требований УЕФА к национальному законодательству принимающего государства в связи с организацией и проведением на его территории чемпионата Европы по футболу. В статье авторами рассмотрены основные особенности и виды таких требований, а также опыт в данной сфере таких государств, как Франция и Польша. Авторами сформулированы выводы относительно возможных проблем, связанных с имплементацией таких требований, и потенциальных путей их решения. В работе указывается, что основные сложности, связанные с имплементацией требований УЕФА в национальное законодательство, могут быть связаны с потенциальным противоречием некоторых таких требований национальным публичным интересам или, в некоторых аспектах, публичному порядку или принципам правовой системы конкретного государства. В этом случае возможен отказ государства от выполнения таких требований с акцентом на более эффективное и детальное выполнение иных требований УЕФА на примере опыта Франции. Подчеркивается, что наиболее целесообразным является принятие системы нормативных правовых актов, устанавливающих временный правовой режим для реализации определенных видов деятельности. Ряд предложений направлены на регламентацию особенностей въезда в Российскую Федерацию и выезда из Российской Федерации, миграционного учета иностранных граждан и лиц без гражданства в связи с осуществлением мероприятий UEFA Евро-2020, которые предполагают особый правовой режим в отношении соответствующих лиц. В дополнение к вышеизложенному предложены особый порядок осуществления трудовой деятельности в рамках мероприятий UEFA Евро-2020, учет особенностей обеспечения безопасности в связи с осуществлением мероприятий и мероприятий UEFA Евро-2020, особенности осуществления валютных операций и таможенного регулирования, транспортного обеспечения, защиты и реализации имущественных прав, требований, касающихся обеспечения добросовестной конкуренции, развития связи и информационных технологий, а также множества иных аспектов, напрямую связанных с подготовкой и проведением чемпионата Европы UEFA Евро-2020.

ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

123-130 20
Аннотация
В статье рассматриваются правовые проблемы, связанные с экстремально большими выплатами руководящим работникам при увольнении - так называемыми «золотыми парашютами». Автор делает вывод о том, что законодательное ограничение максимального размера (три месячных заработка) таких выплат приемлемо только для контролируемых государством юридических лиц, как в настоящее время и предусмотрено законом. Тем не менее нынешняя судебная практика фактически налагает аналогичные ограничения и на частные компании. Формулируется вывод о том, что в частном бизнесе законодательные ограничения, касающиеся выплат при увольнении руководящих работников, должны быть связаны не с фиксированным максимальным размером, а с конкретными механизмами злоупотребления правом при установлении и осуществлении таких выплат. Это не значит, что никаких правовых рамок на такие выплаты не должно налагаться вообще. Автор приходит к выводу о необходимости установления на уровне постановления Пленума Верховного Суда РФ признаков злоупотребления правом в каждом конкретном случае крупных выплат увольняемым руководящим работникам. К признакам злоупотребления правом в таких ситуациях можно отнести включение условия о выплате в трудовой договор незадолго до увольнения, отсутствие привязки к реальным финансовым показателям работодателя, сильное превышение масштаба выплаты по сравнению с принятыми выплатами в компаниях сопоставимого масштаба и другие примеры, основанные на наиболее распространенных случаях злоупотреблений. Крупные выплаты при увольнении руководящим работникам в странах с развитой рыночной экономикой зачастую делаются в обмен на обязательство работника не вести конкурирующую деятельность по отношению к своему бывшему работодателю. Такие соглашения называются договорами или пактами о неконкуренции. В статье говорится о незаконности таких соглашений по российскому праву и формулируется вывод о том, что они должны быть легализованы, однако при соблюдении существенного ряда ограничений, связанных со сроком таких соглашений, кругом работников, с которыми такие соглашения могли бы заключаться, и условием о компенсации заработной платы, теряемой при этом работником.

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ПРЕСТУПНОСТИ

131-146 30
Аннотация
В статье на основе анализа вопросов уголовно-правовой квалификации ряда составов коррупционных преступлений сформулированы криминалистически значимые признаки «преступлений, связанных с коррупционным посредничеством». Так, анализируются отдельные сведения о типичных преступниках, способы преступлений; отмечаются две важные и практически значимые закономерности коррупционного посредничества: а) оно в основном совершается серийно, неоднократно; б) при квалификации чаще всего подпадает под признаки различных, порой сложных совокупностей (реальных и идеальных) составов преступлений. В криминалистическом значении, т.е. для нужд предварительного расследования, данная группа общественно опасных посягательств представляется значительно более широкой, чем совокупность деяний, ответственность за которые предусмотрена ст. 291.1 и 204.1 УК РФ. Особое внимание уделено криминалистически значимым аспектам мнимого посредничества, когда, например, предмет взятки «под должностное лицо» и без ведома последнего принимает (просит, вымогает) мошенник. Эти преступления широко распространены, высоколатентны и представляют повышенную общественную опасность. Анализируемые общественно опасные посягательства в криминалистическом значении определяются как предусмотренные рядом норм уголовного закона (ст. 291.1, 204.1, 159 УК РФ и иные смежные) общественно опасные деяния, являющиеся частью криминальной коррупционной деятельности, совершаемые с участием коррупционных посредников или мнимых посредников (мошенников) с использованием ряда типичных способов: непосредственная передача взятки (предмета коммерческого подкупа) или ее части по поручению дающего или получающего; иное способствование указанным лицам в достижении либо реализации соглашения между ними; обещание или предложение коррупционного посредничества; хищение путем обмана предмета взятки (подкупа) или его части. Кроме того, предлагается охватывать криминалистическими рекомендациями по расследованию и уголовные дела о преступлениях, при квалификации подпадающих под признаки составов, которые в контексте настоящего исследования предлагается называть «смежными».
147-157 28
Аннотация
В статье раскрываются криминологические показатели наркопреступности в России. Отмечается высокая степень латентности преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков, что отражает весьма глубокое проникновение явления наркотизации вглубь общества. Указываются регионы с наибольшим и наименьшим удельным весом наркопреступлений в общей структуре преступности. Обращается внимание на особенности организованной и транснациональной наркопреступности, маршруты поступления в Россию кокаина из стран Латинской Америки и героина из Афганистана как двух планетарных центров наркопроизводства, факты поставки в страну синтетических наркотиков из КНР. Указывается на наличие криминальной сети сбыта данных наркотиков через бесконтактный сбыт «тайниково-закладочным» способом с использованием сети Интернет либо каналов международной почтовой связи. Обосновывается, что введение в действие системы реабилитации на федеральном уровне и активизация государственно-частного партнерства способны повысить потенциал реализуемых и готовых к реализации программ реабилитации в субъектах РФ. Рассматривается сотрудничество МВД России c компетентными органами иностранных государств в сфере противодействия незаконному обороту наркотиков, которое, несмотря на санкции западных стран в отношении Российской Федерации и попытки международной изоляции, активно развивается как в рамках двустороннего взаимодействия, так и в многостороннем формате. Реализуются антинаркотические мероприятия и секторальная система международного сотрудничества по противодействию обороту наркотиков в рамках председательства Российской Федерации в ШОС и БРИКС, участия в качестве государства - члена в ОДКБ. Приводятся основные тенденции наркоситуации, среди которых отмечается механизм наркоиндустрии, отражающий четыре основных группы факторов, посредством которых анализируются экономический, социокультурный и технологический аспекты наркоугрозы: 1) наркопроизводство; 2) наркобизнес; 3) социальная пораженность наркотиками; 4) криминальная наркотехнология. Сформулирован вывод о том, что основными факторами, влияющими на осложнение наркоситуации, являются афганская наркоэкспансия, силовое сопровождение наркотрафика, активная пропаганда немедицинского потребления наркотиков со стороны наркобизнеса, активное использование Интернета для приобретения наркотиков, распространение синтетических наркотиков преимущественно бесконтактным способом через сеть мелкорозничных сбытчиков, которые вовлекают в этот процесс в основном молодежь.

ИЗ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

158-170 23
Аннотация
Ипотечное кредитование сельского хозяйства в России было тесно связано с решением внутренних проблем государства. В первые пореформенные десятилетия ослабление дворянства проявилось прежде всего в сокращении дворянского землевладения. Очевидно, что учреждение правительством Дворянского банка с целью поддержания дворянства было вынужденной мерой. В Уставе Дворянского банка закреплялось, что Банк имеет целью поддержание землевладения потомственных дворян посредством выдачи ссуд под залог принадлежащих им земель. Открытие отделения Банка 21 декабря 1885 г. в Тамбовской губернии сразу вызвало ажиотажный спрос на кредит. В 1889-1890 гг. заемщикам Дворянского банка были предоставлены дополнительные льготы. Указом от 12 октября 1889 г., а затем новым Уставом Банка, утвержденным 12 июня 1890 г., в деятельность Дворянского банка вносились коррективы. В итоге операции Дворянского банка по выдаче ссуд развивались в Тамбовской губернии наиболее успешно. Определенным испытанием как для Дворянского банка, так и для его заемщиков являлись последствия неурожая 1891 г. во многих регионах России. В этой ситуации император 10 января 1892 г. распорядился предоставить советам Дворянского банка и особого его отдела право рассрочить платежи по ходатайствам заемщиков на срок от 6 до 20 полугодий. Благодаря предоставленным льготам процент назначенных в продажу имений по Тамбовской губернии был низким. Государственная власть продолжала политику льготного ипотечного кредитования земли потомственного дворянства. В Манифесте Николая II от 14 ноября 1894 г. объявлялось о понижении процентной ставки по ссудам Дворянского банка с 4½ до 4 %. Результаты этого не замедлили сказаться: в 1895 г. количество заложенной земли заметно увеличилось. В целом с 1895 до 1900 г. объемы ссудных операций в Тамбовской губернии ежегодно нарастали. Между тем развитие ипотечного кредитования земли сельскохозяйственного назначения в конце XIX в. не привело к существенному росту сельского производства. Первоначально накопленного капитала для перевода на машинные рельсы всей российской экономики оказалось недостаточно. Процесс переоснащения промышленности был прерван революцией 1917 г.
171-186 16
Аннотация
Реализация новой экономической политики вызвала преобразования в сфере местного управления. Они оцениваются как реформы, но отмечается их незавершенный характер. Выделяются следующие направления реформ: изменение организационной структуры советских учреждений; административно-территориальное переустройство; демократизация избирательного законодательства; признание муниципализированной собственности и имущественных прав местных советов; формирование сбалансированных местных бюджетов. Единая концепция реформ отсутствовала, хотя все преобразования были синхронизированы. Пик реформ приходится на 1924-1926 гг., и, несмотря на позитивные результаты, они не получили дальнейшего развития. Политическое руководство не обозначило четко цели реформ, местные руководители не всегда понимали их содержание и цели. Созданные в результате административно-территориальной реформы края и области потенциально могли развиваться как экономически самодостаточные субъекты. Районы, города и иные селения были максимально приближены к нуждам населения. Реализация реформы затянулась и привела к корректировке однозначной линии на укрупнение административно-территориальных единиц. Организационная перестройка заключалась в упрощении и удешевлении местного аппарата. Уточнялись полномочия и подведомственности отдельных учреждений. Признавались имущественные права местных советов. Они обладали значительным объемом муниципализированной собственности. Могли выбирать способы ее эксплуатации. Большая часть таких объектов сдавалась в аренду или объединялась в тресты. Создание местных бюджетов на всех уровнях (кроме сельского) обеспечивало финансовую устойчивость местной власти. Наиболее системными были преобразования в отношении низовых органов - сельских и волостных советов. Провозглашалась политика «нового курса». Ее реализацию можно считать отдельной реформой. Вместо волостей создавались районы. Районным органам передавались значимые полномочия. Формировался районный бюджет. Либерализация избирательного законодательства позволяла привлечь в депутатский корпус крестьян, пользующихся доверием и уважением населения. В политике «нового курса» проявились проблемы и противоречия, типичные для других направлений реформ. Законодательство формулировало нормы, которые открывали возможность самостоятельных действий местных советов. При наступлении первых серьезных признаков такой самостоятельности (итоги выборов, хозяйственная деятельность, бюджетная обеспеченность) власть принимала ограничительные меры.

ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА / PRO ET CONTRA

187-195 27
Аннотация
Статья посвящена анализу и перспективам совершенствования действующих процедур формирования органов государственной власти в Российской Федерации, служащих механизмом наделения полномочиями и легитимации таких органов как на внутригосударственном уровне, так и на международной арене и выступающих первичной ступенью для функционирования институтов опосредованной демократии. Нестабильность конституционно-правового регулирования и практики свидетельствует об активном поиске оптимальных путей развития в данной сфере. Автором отмечается наличие в современной правовой действительности различных видов процедур выборов (в зависимости от используемой избирательной системы), назначений (с учетом сопутствующих процедур отбора, согласования, утверждения и т.п.) и их гибридных сочетаний, при этом основной проблемой выступают отсутствие системы и единых стандартов в их использовании, возможность выработки ситуативных форм наделения государственновластными полномочиями, что чревато не только недостатками в работе создаваемых органов, но и подрывом доверия населения к публичным институтам. К проблемам правового регулирования существующих процедур относятся также их излишняя урегулированность, сложность, наличие пробелов, дублирующих норм, иных коррупциогенных факторов, что не позволяет реализовать процедуру, значительно затрудняет ее либо создает возможности для злоупотреблений при формировании государственных органов. В российском праве встречается и отсутствие процедур, предполагающее декларативный характер соответствующих им материальных правовых норм. С учетом указанной проблематики в статье рассматриваются отдельные избирательные процедуры, процедуры формирования Совета Федерации Федерального Собрания РФ и органов исполнительной власти в Российской Федерации. Автором предлагается разработка теоретической основы, которая позволила бы систематизировать процедуры формирования государственных органов, выработать единые принципы их применения, стадии, основы взаимодействия участвующих в них субъектов, что позволит исключить негативные элементы в их использовании (узурпация власти, неопределенная дискреция полномочий, конъюнктурные политические предпосылки и пр.) и в конечном итоге позволит повысить эффективность деятельности публичных органов в реализации интересов источника власти, направить конституционно-политическое развитие государства в определенное русло.


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 1729-5920 (Print)
ISSN 2686-7869 (Online)